Пароход остановился. Принятые решительные меры заставили капитана действовать быстро: и вот уже шлюпки отвалили от борта с командой и пассажирами. Капитан передал Мессеру судовые документы и карты, а сам остал-» ся на ней пленником. Шлюпки с командой направились к берегу. Еще минута, и к пароходу стремительно несется торпеда. Высоко задрав нос, он быстро ушел под воду.

В тот же день русские подводники потопили еще два судна: военный транспорт «Кальда» и пароход «Бианка». Подводная лодка «Волк» благополучно вернулась на свою базу.

...Стояли июльские белые ночи. Подводникам соблюдать скрытность было трудно. Командир подводной лодки «Вепрь» лейтенант В. Кондрашов внимательно изучал материалы о движении немецких транспортов из Швеции в Германию.

— Понимаешь, — говорил он штурману, — немцы-то тоже люди. Они тоже домой побыстрее хотят.

— Вы это к чему, господин лейтенант?

— А к тому, что факты и наше наблюдение говорят о том, что немецкие транспорты не всегда следуют по извилистому прибрежному фарватеру, а иногда срезают заливчик и чешут напрямик. Значит, здесь она выходят за границу территориальных вод. На таких участках, — заключил командир, — не нарушая шведского нейтралитета, можно немцев топить! Веди, штурман, вот сюда, к этому большому и глубокому ковшику. Вон здесь сколько миль экономии напрямую! Трудно удержаться от соблазна? Как считаешь?

И вот они уже заняли место на подходах к облюбованной обширной бухте.

За пять долгих дней мимо лодки прошло шесть караванов, но никто не обнаруживал желания попасть под торпеды: все капитаны деловито и замысловато маневрировали вдоль изрезанных берегов по прибрежным фарватерам.

Но вот ранним утром, около 5 часов, на горизонте появился пароход, груженный сверх нормы. Это был германский транспорт «Сирия». Сзади шел миноносец, периодически выходя на траверз парохода и прикрывая его с моря. Оба шли вне трехмильной зоны. Командир пошел на сближение, предупрежденный об атаке экипаж четко действовал на боевых постах.

Чтобы атаковать наверняка, командир приказал приготовить три торпедных аппарата к выстрелу. Искусно маневрируя и осторожно используя перископ, он скрытно подошел к цели на четыре кабельтова.

Когда на миноносце заметили на штилевой поверхности моря следы от неотвратимо мчавшихся к транспорту торпед, то, увеличив ход, пошли на лодку.

Последовал взрыв трех торпед, усиленный взрывом паровых котлов транспорта. Корпус лодки сильно тряхнуло, полопались лампочки. Последнее, что увидел коман-» дир, был кренящийся пароход и стремительно приближающийся миноносец.

Командир решительным маневром отвернул от курса вправо, дал полный ход и приказал нырять на глубину 20 метров. Лодка с большим дифферентом на нос быстро пошла вниз и ударилась о скалистый грунт, не пройдя и трети заданной глубины. Ее чуть не выбросило на поверхность, но последовала четкая команда, и молодец боцман на заднем ходу удержал лодку. Маневр удался, лодка медленно сползла со скалы и легла на грунт на глубине 12 метров. Над ней, беспрерывно меняя курсы, ходил миноносец. Прошло более суток, прежде чем командир смог подвсплыть под перископ. В утренней дымке он увидел мачты потопленного парохода и одиноко стоящий неподалеку эсминец. Пользуясь пониженной видимостью, командир вывел лодку из опасного района и при первой же возможности всплыл. И очень своевременно, ибо силы команды были на исходе. Лодка возвратилась в базу и сразу же была поставлена в док. А на столе кают-компании, выполняя